Постмортальная репродукция. Что ждет россиян, зачатых после смерти отца

В ноябре 2016 года жительница Санкт-Петербурга Мария Щаникова провела процедуру ЭКО с использованием репродуктивных клеток своего покойного супруга. Биоматериал был сохранён ещё при жизни мужа. Через более чем 300 дней после его смерти у неё родились близнецы. Суд признал умершего мужчину отцом детей, и Мария обратилась за пенсией по утрате кормильца, но получила отказ.

Решение было подтверждено судами общей юрисдикции, которые указали, что дети не могли находиться на иждивении Щаникова, так как процедура ЭКО состоялась после его смерти. Доходы умершего не учитывались при планировании рождения детей и их последующего содержания.

Заявительница утверждает, что действующие нормы законодательства нарушают статьи 7, 19 (ч. 1 и 2), 38 (ч. 1 и 2) и 39 (ч. 1) Конституции РФ, лишая детей, зачатых после смерти родителя с применением медицинских технологий, права на страховую пенсию по утрате кормильца.

Конституционный суд признал, что правда на ее стороне! "Впредь до внесения в действующее правовое регулирование изменений, вытекающих из настоящего Постановления, ребенку, зачатому с помощью вспомогательных репродуктивных технологий после смерти застрахованного в системе обязательного пенсионного страхования супруга его матери (который при жизни выразил намерение иметь детей с использованием вспомогательных репродуктивных технологий и в отношении которого впоследствии в судебном порядке установлен факт отцовства) и, соответственно, рожденному по истечении трехсот дней с момента смерти отца, должно быть предоставлено право на страховую пенсию по случаю потери кормильца (при соблюдении иных установленных законом условий)."